Вы можете подумать, что я вернулась в ЖЖ. Потому что это невероятно интересно. Но на самом деле Йуля просто овладела моим компьютером и пишет сейчас этот пост, чтобы воскресить меня. Здравствуйте, юзеры! "Я воскресла!" - диктует Машша.

Я пересмотрела "Принцессу-Мононокэ" со всеми вытекающими отсюда последствиями. Бойтесь, скоро я напишу еще что-нибудь по "Навсикае"! Итак, рецензия в студию:

Когда некоторые люди говорят о таких аниме, как «Навсикая из Долины Ветров» или «Принцесса Мононокэ», они бездумно повторяют штамп «экологическая тема». Неужели большинство действительно думает, что эти, подчеркиваю, произведения искусства исчерпываются моралью о том, что человек должен заботиться о природе?
Прежде всего, я бы хотела сказать о той глубине «Принцессы Мононокэ», которую нельзя ограничить рамками противостояния человек-природа. Для этого достаточно взглянуть на расстановку сил в этом аниме. Здесь нет отдельно леса и отдельно деревни. Здесь везде взаимопроникновение одного мира в другой. И нет однозначно черного и белого. И герои не статичны, они развиваются во времени. Все это можно проследить на примере отдельных персонажей.
Сан. Она, на первый взгляд, полноправно принадлежит к миру леса. Она готова разделить с ним свою судьбу и пожертвовать жизнью ради его спасения. Но неслучайно говорит ее мать, волчица Моро: «My poor, ugly, lovely daughter!» Бедная, потому что судьба Сан искалечена. Она должна была принадлежать к другому миру. Безобразная, потому что на самом деле человек, и сердце у нее человеческое. Милая, потому что за эти годы сроднилась с жизнью леса, и горе волков – ее горе. От начала и до конца Сан движет острое сострадание, до нестерпимой боли, ее человеческое сердце. Отсюда появляется ненависть. Ненависть к тем, кто убивает жизнь, перерастает в ненависть к людям вообще.
Итак, ненависть Сан – одна из движущих сил в «Принцессе Мононокэ». Ее ненависть – чувство глубоко человеческое, это защитная реакция на то, что ее лишают самого дорогого в жизни. Ненависть Сан к людям – следствие ее преданной любви к лесу.
Ненависть Моро, приматов и кабанов имеет другие корни. Моро ненавидит людей уже потому, что она волчица, это неприятие чужака на своей земле. Приматы равно готовы убивать и людей, и волков. Для них существуют только деревья и те, кто мешает сажать их. Ненависть кабанов слепа, как их предводитель Оккото. Она направлена на людей, но корни ее в вырождении самих кабанов. Они идут не спасать лес – они идут на верную гибель и знают об этом. Они хотят прервать медленное саморазрушение в один момент, сохранив при этом гордость. Не раз повторит Моро: «A proud tribe». И это в них подкупает. Есть что-то самурайское в том, как они без колебаний в последний раз бегут к собственной смерти.
Эбоси. Характер еще более противоречивый, чем Сан. Она однозначно принадлежит к миру людей, но неоднозначны причины ее поступков. С одной стороны, она заботится о своих людях. Она выкупает девушек из публичных домов, предоставляя им возможность честно жить в деревне. Она единственная по-человечески относится к прокаженным. Она добра и милосердна, но только избирательно. В основе всего рассудочность. По ее мнению можно оставить раненых умирать, если такими потерями будет куплен рис, перевезенный в деревню. Спасенные ей девушки тяжело трудятся, производя железо, а прокаженные из этого железа создают ружья. Ружье обеспечивает процветание людей, ружье – символ власти Эбоси как над человеком, так и над природой. И стремление к власти – определяющая черта в характере Эбоси. Ее цели совпадают с целями ее людей, поэтому она кажется сильным, но добрым лидером. Когда же эти цели расходятся, она без угрызений совести оставляет женщин погибать, а сама остается одиночкой, какой и была с самого начала по своей сути.
Итак, на пути к власти у Эбоси стоит лес, поэтому возникает ее ненависть. Когда дело доходит до ее стремления к силе, Эбоси становится способной на любую жестокость. Но только ли для этого она пытается убить Духа Леса? Нужно вспомнить об ее отношении к животным леса. Для нее это не живые существа, а нечисть, которую необходимо уничтожить. Если люди из деревни испытывают суеверный ужас перед любыми проявлениями одухотворенности леса, даже перед малыми и безобидными кодама, то Эбоси испытывает страх перед неведомыми ей силами. Она интуитивно чувствует присутствие чего-то, что не в ее власти. Госпожа. Бесстрашная. Ей все равно, в кого стрелять: зверя или духа… Но ненависть рождается из страха, что кто-то сильнее, страха перед неизвестным. Не станет Духа Леса – Эбоси будет править единолично. Кроме того, к самураям, разоряющим ее деревню, она относится вполне спокойно, так как не боится их. Но лес – сила и тайна, разрушив которые, Эбоси докажет, прежде всего, себе свою власть. Таким образом, еще один источник ненависти – стремление к власти и страх.
Еще в «Навсикае из Долины Ветров» Миядзаки показал, что страх перед неизвестным, страх собственного бессилия – одна из важнейших причин многих человеческих поступков. Простой пример белколиса, кусающегося, потому что ему страшно, распространяется и на людей. Принцесса Ксана боится быть слабой, поэтому жестокостью отвечает на проявления великодушия Навсикаи, ведь это тоже особый вид силы.
Второстепенные персонажи. Нельзя забывать, что Эбоси не единственный представитель людей в «Принцессе Мононокэ». Есть и остающийся за кадром император, пытающийся обмануть Эбоси. Есть самураи, вырезающие мирные поселения. Это аниме отнюдь не только о противостоянии природы и человека, но и аниме о взаимоотношениях людей между собой.
Особый интерес среди людей вызывает Дзико со своими охотниками за головами. Он не принадлежит ни к одной из сторон противостояния: ни к лесу, ни к людям. Формально он помогает Эбоси, по сути же ему безразлична судьба деревни точно так же, как и судьба волков. Он тихо наживается на происходящем, но, как ни странно, не вызывает осуждения или резкой неприязни. Миядзаки – мастер изображения человеческих характеров. Дзико не злодей, его просто мало волнуют все эти перипетии. Для него Дух Леса не более чем олень, за чью голову заплатят. О катастрофических последствиях своих поступков он даже не задумывается. И что самое главное, в нем нет ненависти, преследующей всех персонажей «Принцессы Мононокэ». Он почти комический герой. В его суждениях есть претензия на философскую мудрость, что никак не противоречит его мелким личным интересам. И когда в финале он говорит, что с дураками невозможно спорить, это вызывает только улыбку. Дзико единственный, кто так ничего и не понял во всем происходящем. При нем мир накренился, чуть не рухнул и в последний момент возродился, а он продолжает думать только о деньгах. Миядзаки мог бы сделать из него убийцу, но делает мелкого, вечно голодного мошенника и легко шагающего по жизни странника.
Аситака. Еще один герой, не принадлежащий ни к одной стороне противостояния, - Аситака. Дело не в том, что он не может определиться. Дело как раз в том, что он твердо решил, что путь ненависти бесплоден. Будь это месть леса «око за око» или расширение владений с помощью оружия.
Аситака неслучайно совершает долгий путь. Он чужой в этом краю и не связан кровно с миром людей или миром леса. Казалось бы, это взгляд со стороны, взгляд незамутненный, как говорит Оракул (хотя это глубоко неравнодушное видение происходящего). С другой стороны, Эбоси смеется над словами Аситаки о «незамутненном ненавистью взгляде». И она права, ведь Аситака против воли стал ее носителем. Ему требуются огромные усилия, чтобы сдерживать ее в себе.
Что же является первопричиной проклятья, которое он получил, защищая собственную деревню? В аниме показана длинная цепь ненависти. Выстрел Эбоси превращает кабана в монстра. Убивая его, Аситака получает проклятье. Аситака против воли убивает самураев. И в этом эпизоде оторванные руки и головы – это не тяготение аниме к красочным сценам жестокости, а попытка показать всю силу ненависти, которую уже невозможно остановить. Но ведь Эбоси стреляла в кабана, чтобы уберечь от него жителей деревни, что сближает ее с Аситакой. Начало цепочки теряется где-то в подлинной сущности противостояния людей и природы в попытке выжить. Как сказал прокаженный, этот мир проклят. Он действительно носит в себе проклятье ненависти. Но это не значит, что с ней невозможно бороться. Аситака, жертва этого проклятья, как никто другой понимает это. Его задача кажется практически невыполнимой: изменить самые основы мира, то, на чем он строился веками. Как можно противостоять мести Сан, гордости кабанов, властолюбию Эбоси? Это все то, что в аниме воплощено одним зрительным образом. Багрово-лиловые полосы на коже самого Аситаки, такая же боевая раскраска кабанов, цвета Духа Леса, лишенного головы. Аситака пытается сказать людям правду, но его не слушают. Ни Сан, ни Эбоси не отвечают на вопрос: «Неужели люди и лес не могут существовать мирно?» Действовать мечом Аситака не хочет и не может, пользуясь им лишь в критических ситуациях. Он может лишь встать между двумя источниками ненависти и принять удар на себя, как в сцене в деревне, когда Сан пытаются заманить в ловушку. В этом эпизоде Сан и Эбоси поразительно похожи, обе напоминают хищника, увидевшего добычу. Аситака может только подставить себя под удар, стать жертвой, которая бы искупила все то, что совершили и люди, и звери. Собственно, в данном случае нет никакой разницы, кто это, настолько люди по своим поступкам напоминают животных, а животные одушевлены.
Вообще тема принятия удара, страданий, смерти на себя характерна для Миядзаки. Достаточно вспомнить «Навсикаю из Долины Ветров». Эпизод, когда Юпа встает между воинами Торумекии и Навсикаей, своей рукой останавливая ее меч; когда Навсикая терпит боль от укуса Тето, чтобы доказать, что ему нечего бояться; когда она снимает защитную маску в Мертвом Лесу и улыбается, чтобы привлечь внимание отчаявшихся подданных; когда она неоднократно, безоружная, раскинув руки в стороны, кричит людям, стреляющим в нее: «Перестаньте убивать!»; наконец, когда она одна встает навстречу тысячам разъяренных ому и успокаивает их ярость ценой собственной жизни.
Сила любви и самопожертвования у Миядзаки – единственное, что может противостоять ненависти в этом мире. Если сейчас вспомнить о любовной линии Аситака – Сан, то все встает на свои места. Любовь поддерживает равновесие сил. Аситака любит Сан, это то, что помогает ему не ошибиться, выбрав сторону Эбоси. При этом Аситака честен с собой, он знает, к какому миру принадлежит, и не примет сторону леса. Кроме того, любовь – та сила, которая помогает Сан взглянуть на мир по-другому, не замутненными яростью глазами. Она любит Аситаку, на чьей бы стороне он ни был. И на самом деле, что видно в последних сценах аниме, они на одной стороне: на стороне, противостоящей разрушению и смерти.
Нельзя забывать, что все это время Аситака борется еще и со смертью и своей судьбой. Придя, чтобы избавиться от проклятья, он больше думает о судьбах деревни и леса, чем о том, что, может, через несколько месяцев умрет. Он не сдается, заранее зная, что битва проиграна. Он не способен противостоять смерти, не способен установить равновесие в этом мире, но все равно сражается, потому что не может оставаться в стороне.
Итак, «Принцесса Мононокэ» не только и не столько о природе, сколько о ненависти и любви, о смерти и жизни. Неслучайно в финале Аситака говорит о том, что Дух Леса – сама жизнь. Она возрождается, несмотря ни на что, и кодама, появляющийся в новом лесу, еще одно тому подтверждение. Вечный сюжет о человеческом выборе, о принятии решения, за которое необходимо нести ответственность, об умении вовремя осознать свою неправоту, о несовершенном мире, в котором еще есть место чуду. Миядзаки часто обвиняют в сказочности, в неправдоподобности счастливой концовки. Но чудо у него возникает не на пустом месте, а благодаря существованию таких героев, как Аситака и Мононокэ. Особенно если верить строкам Бориса Пастернака:
И сады, и пруды, и ограды,
И кипящее белыми воплями
Мирозданье — лишь страсти разряды,
Человеческим сердцем накопленной.
Пока в мирах Миядзаки бьются сердца Аситаки, Тихиро, Софи, Навсикаи и многих других, чудеса не только возможны, но, к счастью, закономерны. Порко Россо станет человеком, Софи обретет счастье с Хаулом, мама Сацуки обязательно выздоровеет, Навсикая воскреснет, Тихиро вернет себе имя и родителей, и лес снова будет зеленеть для людей, животных и духов.

Наверное, ради приличия все же стоит написать в собственный ЖЖ хоть один пост. А то он как-то пусто смотрится. В конце концов, это замечательная возможность не писать литературу. Особенно, когда не знаешь, что писать))
Заранее предупреждаю всех... э-э-э сильно сказано, конечно... трех человек, которые сюда могут заглянуть, что ничего, кроме бреда здесь не будет, даже не надейтесь.
P.S: Варя, прости, я предала традиции интеллектуальных дневников, ибо некогда...
P.P.S: В общем, мое дело - отписаться, гражданский долг я исполнила, теперь буду осмыслять, зачем мне все-таки ЖЖ и какое значение имеет Епиходов у Чехова...